неспешность

Иногда у меня складывается впечатление, что я какой-то недо-жаворонок, потому что чувствую себя гораздо лучше, проснувшись утром, однако режим сна у меня нарушенный. 

Иногда я очень люблю, когда мой день начинается рано. Сегодня один из них. Хоть это была вынужденная мера, но, проснувшись в семь часов, я ощущала много энергии и сил, чтобы сделать сегодня что-то полезное. 

Так уж сложилось, что погода в моем городе уже почти весь месяц стоит не самая приятная для меня. Слишком жарко, чтобы жить. Но, выйдя на улицу в 8 утра, я ощутила приятную прохладу с по-настоящему летним ветерком. 

Утром в принципе всё другое. Город не спешит, всё как будто замирает в этой летней полудрёме. Полупустые улицы, автобусы, кафе - всё это несказанно радует меня, ведь я люблю гулять не только с друзьями, но и в одиночестве. 

Сделав свои дела, я решила отказаться от транспорта и пройтись пешком по центру, после чего зашла в уютное кафе, где провела один час своей жизни. 

Что-то есть в прогулках в одиночестве... Можно посидеть в парке с книгой, можно зайти в кофейню и порадовать себя чем-то вкусненьким. У меня ни один день не проходит без кофе и я не отказываю себе в этой маленькой радости - зайти за ним, если нахожусь в городе. Сегодняшний день не был исключением. 

Иногда приятно просто посидеть в тишине, понаблюдать через окно за тем, как просыпается город, как стремятся люди по своим делам. Еще более приятно - осознавать, что тебе не нужно никуда спешить, что только ты хозяин своего времени. 

новое начало

Слишком долгое молчание, за которое мне чертовски стыдно. Но я намерена исправить ситуацию!

Конец - новое начало, как часто принято считать, и я абсолютно согласна с этой мыслью. Окончание школы (в моем случае - лицея) даровало мне новые силы, идеи. Я наконец-то начала приходить к состоянию приятной почти что безмятежности, к которой тянулась всё это время, но никак не могла дотронуться даже кончиком пальца. Каждый раз на моем пути вставали всё новые препятствия, сложности и раздражители, на которые я отвлекалась совершенно зря, ведь всё куда проще.

Недавно я вернулась из Москвы, где пробыла две с лишним недели, и, кажется, снова появились силы, желание творить и преобразовывать. Начну по мелочи, с себя (как же здорово быть девушкой: покрасил волосы - и сразу же будто другой человек), но под моим прицелом находится сейчас всё, что я делала. Блог, канал на youtube. Пожалуй, настало время перемен, глобальных или нет - решать вам, но пора сбросить весь балласт с "парохода современности".

Впереди одна лишь неизвестность. Я не знаю, каким будет завтрашний день, следующий год, следующие десять лет, и это одновременно и пугает, и радует. Я из тех людей, которым жизненно необходимы встряска, перемены. Знаю одно: предстоит много-много работы не только внутренней, но и внешней. А начинается всё с головы. 

Dum spiro, spero! Объективный взгляд на мир - это хорошо, но надежда и вера в лучшее по жизни дают мне силы не сорваться. Чего и вам желаю. 

Вы ищете смысл?

На лице – гроб, в кармане – простуда, на улице сухо.
Я иду, нисколько не озираясь назад,
За мной стремглав летит времени разряд
Нервною, громкой навозной мухой,
Искры рассыпая кругом наугад.
Холод домов обогрет солнцем,
И меня оно также пыталось согреть,
На лице – гроб, в котором хранятся
Кости переломанных эмоций и проблем.
Я иду, а в мыслях феерия торжествующей
Ныне системы правления миром.
Всем вокруг правит нервная дура –
Общественная глупость, личностная идентичность.
Мраморный лоб, косой подбородок
Глядят на меня из-под скучных лиц.
Разойдитесь, пустоголовые почитатели
Маленьких людей, белозубых убийц
Здравого смысла, устоявшейся морали,
Поиска смысла средь рубашек и
На мягком меху, теплых, черных
Выстиранных к зиме кожаных рукавиц.

29.04.2016 

 

Отклик на "Думу" М. Лермонтова

Печально я гляжу на наше поколение!
Сквозь тернии к звезде они идут,
Но их звезда – лишь блик, забвение
Получит каждый, не обретший путь.

Как много в них корысти, и злонравия
Достойные плоды кругом растут.
Без чести, без любви и понимания
Они, на мир лишь сетуя, живут.

Из рога изобилия их мелких грёз
Летят стремглав слова, слова,
В которых слышатся потоки слёз,
Что матушка когда-то пролила.

Она ведь так хотела воспитать тебя,
Как Человека, что с заглавной буквы.
А ты ее труды, без совести, ума,
Отдал в ломбард за маленькую сумму!

Чего же стоят все слова без дела?
Они – лишь пыль на корочке земной.
Куда идешь? Тебе, мой друг, налево,
Где «горе от ума» является мечтой.

Однажды ты, гуляя по проспекту,
Увидишь, как в ночи под шум колес,
Гуляет молодежь, цитируя Сенеку,
И Кант у них, и Сэлинджер, Делёз.

Наполненные смыслом речи,
И модные с иголочки наряды,
Но, вот беда, все в этот вечер
Бутылке, что в руках, поют баллады.

Из каждой радости манящего вреда,
Мы лучший сок навеки извлекли.
Но из прогнившего насквозь плода
Не сотворишь и капельки любви.

Не сотворишь ни совершенства, ни добра,
Ни достоянья будущим «тебе».
На что способны те, что лишь «до дна»
Привыкли зарывать себя в земле?

Печально, всё печально и смешно,
Смешно и грустно в  одно время.
Да только нам опять лишь суждено
Прослыть людьми эпохи безвременья.

08.04.16 

 

Жизнь

Обращайся в мыслях ко мне на «Вы», Уходи, открывая настежь двери, Укрывайся пледом от пустоты, Но закончи то, что тогда не сделал. Перед моими глазами располагается трасса, и я не понимаю, куда и зачем иду. Совсем недавно я воспрянул от зимней спячки и еще не осознаю, что делать, а главное – как я оказался здесь? Она кажется бесконечно длинной, упирающейся в горизонт. Я вижу его очертания и то, как дорога вьется длинной змеей куда-то в то место, где меня может никогда и не быть вовсе. Вокруг все серое и возбуждающее в душе декадентские настроения. В моей руке маленькое письмо в конверте, запечатанном с одной стороны клейкой лентой. Я знаю, от кого оно, но боюсь открыть. Я умер, чтобы родиться вновь. Моя душа умирала и возрождалась уже не один раз, и сейчас, на этой дороге, я снова на пути к очередной смерти или очередному возрождению. Моя судьба заключена в небольшом клочке бумаге, исписанным неровным почерком. Удивительно, как легко человека свести с ума, если ты не принадлежишь всецело самому себе. Вечно что-то отвлекает и сбивает, вечно ты оказываешься на периферии двух зол, метания между которыми не приносят ничего, кроме неудовлетворения и путаницы. Нет, эта трасса точно кажется бесконечной. Ей нет конца, а мне нужно пройти еще так много, чтобы достичь конечной точки. Силы то появляются, то покидают тело опять, делая ноги ватными и бесполезными. Я тащу самого себя, а себя меня не тащит. Снега уже совсем не стало. Вокруг голая холодная земля, серость, туман и горизонт, который все еще маячит и насмехается надо мной. Мне нужно открыть письмо и прочитать его, но, чтобы это сделать, мне необходимо дойти до конца дороги. У нее вообще есть конец, или это гигантских размеров удав, который хочет съесть меня заживо, и я всего лишь беспечно шагаю по его спине? Нет, это не смешно. Зимняя спячка усыпила бдительность и хладнокровие разума. Я все еще чувствую себя медведем, у которого силком вытащили изо рта лапу посреди февраля. Я не родился снова, потому что до сих пор не могу дойти до конца дороги. Остановился. Открыл письмо. Конверт оказался пуст, а передо мной была лишь голая бетонная стена. 03.04.16

Никаких полумер

Что-то я очень давно сюда не писала... Не уверена даже, что читатели еще остались, но, если все-таки да, то сегодня я не с пустыми руками.

По какой-то невероятной случайности, почти залпом я поглотила "Остров проклятых" Скорсезе и "Бойцовский клуб" (книгу). С одной стороны, может показаться странным: что эти две вещи могут делать в одном ряду? С другой - вполне закономерным, ведь и фильм, и книга - о расщеплении личности и о месте насилия в нашем мире. Это не единственные темы, объединяющие данные фильм и книгу, но одни из основных. Собственно, это и с подвигло написать пост.

Мое отношение к очень известным книгам, которые в народе попросту называют "мейнстримом", никогда не было излишне положительным, так как я не находила в них того, что меня обычно цепляет. А именно - глобальной мысли, авторского посыла, который заставляет действительно задуматься над жизнью, что-то переосмыслить. Но, к моему счастью, я почти не встречала книг, после которых могла сказать лишь: "Фу, ну и дерьмо". Дерьма в книгах Паланика много, в прямом смысле этого слова, да и его "Дневник" у меня зашел с огромной натяжкой, но "Бойцовский клуб" оставил приятное впечатление, даже сильное.

Я привыкла к более менее классической литературе, и поначалу было очень непривычно лицезреть этот сюжетный сумбур, феерию нравственной низости, периодические вставки а-ля "случайный поток мысли", но это действительно помогало раскрыть персонажа. Весь его образ жизни и ход мысли уже намекали на то, что что-то с ним не в порядке. Но в центре внимания стоит не "история души человеческой", а социальный феномен. Как там было? Чтобы подняться, надо стать никем. Опуститься на самое дно, настолько глубоко, чтобы никто и ничто не смогло тебя вырыть и спасти. Только убив в себе человеческое, можно возродиться - прямо как Данте завещал, Гоголь подхватил, а Раскольников попытался реализовать. Саморазрушение - вот что нужно человечеству, чтобы переродиться в нечто более совершенное.

Сколько раз уже возникало нечто подобное в литературе: "История одного города", всяческие антиутопии, "Сирены титана", "Портрет Дориана Грея", "Преступление и наказание" - и это далеко не все примеры, где отображена эта гротескная реальность, в которой все вышло из-под контроля. И невольно задумываешься: что если бы рамок не было? Не было законов, постулатов, морали. Пока есть то, что ограничивает человека - человек будет пытаться бороться. С собой, системой, другими. Быть может, если бы не было конституции, смертной казни и отцовского ремня, то людям бы не приходило в голову делать что-то противозаконное, ведь законов НЕТ. Беззаконие стало бы чем-то настолько обыденным, как у нас сейчас - общественный транспорт, школа, пробки на дорогах. А "доходить до точки" тем, кто хочет, не помешало бы ничто: ни законы, ни их отсутствие.

Странное все-таки существо - человек. Человек же на все готов пойти, если чего-то хочет. Вот у него есть желание ничего не делать - он игнорирует жизнь. Есть желание освободить от рамок хотя бы себя - он это сделает. Но масштабы меняются кардинально, когда пример одного становится заразительным. Сколько ненависти, агрессии и горя мы копим в себе день за днем, проживая "не ту жизнь", ходя "не на ту работу", живя под одной крышей "не с тем человеком". Бойцовский клуб - крик души, панацея от всех проблем, спасение утопающих. Но, как показано в книге, когда-то и бойцовский клуб может стать частью бесполезной, бессмысленной, обыденной жизни, и тогда потребуются все новые и новые меры, более жесткие, более беспринципные, антигуманные.

В "Острове" также хорошо прослеживается тема насилия: физического, морального. Фильм держит в напряжении, кидает с одного полюса на другой, заставляя  ломать голову: где здесь реальность, а где - вымысел? "Насилие в каждом из нас", насилием пропитан весь наш мир, сам Бог послал его, чтобы наблюдать за никчемными сынами и дочерьми, которые варятся в одном котле и не могут из него выбраться. Достоевский, пытаясь прийти к вере, задавался этим же вопросом: если все-таки Бог есть, то почему на земле столько несчастья, страданий? Я не могу дать ответ. Я его не вижу. Склонность к насилию есть в каждом из нас, как и благодетель. Это и есть закон жизни: нет добра без зла, света без тьмы.

Смотря фильм, в какой-то момент действительно перестаешь понимать, что же на самом деле правда. Кто врет себе, кто врет другим. В конце все становится ясно (если честно, я предугадывала, что финал именно таким и будет), но печально. Насколько же сильно может травмироваться человек, насколько он подвержен столь сильному воздействию; беззащитен перед чем-то, что сильнее его. Казалось бы - это нормально, но не менее печально. Пересказывать фильм не хочется, лучше просто посмотрите, оно того правда стоит: начиная операторской работой, заканчивая самим сюжетом в целом.

Сложная штука, жизнь. Ознакомившись с такими историями, начинаешь и сам задумываться: зачем живешь, почему, для чего. В чем смысл?

Ура

Горы

Отвезите меня в то место,
Где чисто и полной грудью дышится,
Простирается горный хребет.
Помолчите, не стоит вместо
Слов поддержки шептать бессмыслицу,
Не хочу я давать ответ.

Я считаю до ста в уме,
А потом, что  высокие пики гор –
Единственный верный выход.
Мне является часто во сне
Мир, в котором подножный сор –
Блажь и глупость. Выдох.

Затем снова вдох и опять
Провалюсь в безмятежность неба.
Я смотрю – горизонт все далек.
Опять. Поверну время вспять?
Не здесь. Неверно. Отмена.
Несвободы бледнеет кусок…

19.12.15

Есть люди, чей рассудок стрижет лишай забвенья

А ты — ты лишена сего залога. Но, рассуждая строго, так лучше: на кой ляд быть у небес в долгу, в реестре. Не сокрушайся ж, если твой век, твой вес достойны немоты: звук — тоже бремя. Бесплотнее, чем время, беззвучней ты.

Что сказать? Давно ничего не писала сюда из разряда рассуждений. Мыслей в голове так много, а выразить их так сложно, и с каждым разом я понимала, что мне проще написать стихотворение, чтобы хоть что-то передать. Пишущие люди в своём творчестве делятся на два лагеря: первые тяготеют к прозе, другие - к поэзии. И со временем я всё прочнее убеждаюсь в том, что отношусь ко второму разряду. 

Знаете почему? 

Представьте: ваши мысли - это запутанный клубок, целая вселенная чего-то необъяснимого. Закодированные символы, и чтобы их понять вы должны приложить немало усилий, я молчу про то, сколько сил надо приложить для того, чтобы сформулировать из них сложноподчиненные предложения.

Поэзия метафорична. Она позволяет передать ту закодированную информацию путём образов. Иногда даже "выразить невыразимое", выразить себя, свои чувства. Неосознанно.

Когда я пишу, я будто отключаюсь, максимум, что делает разум - упорядочивает стихи в строфе, иногда подбирает нужную рифму. А всё остальное приходит извне. Я часто вспоминаю слова художницы, с которой как-то довелось побеседовать, про ноосферу и про то, что к человеку это озарение не приходит просто так, нужно добиться определенной духовной зрелости, чтобы уметь ее "понимать", контактировать с ней. 

Человеческое сознание и бессознательное - очень интересные вещи. Когда начинаешь вникать в более тонкие нюансы и связи, то понимаешь, что они не имеют как таковых границ. Но чтобы произошел "щелчок", нужно что-то делать. 

Sensum

«Открывай же скорее ворота!
Я навстречу судьбе понесусь! –
Крикнет слабая девочка, – Только
Я сюда никогда не вернусь».

День-бездельник идет мимоходом.
По широкой глади реки,
Так неспешно плывут пароходы,
Небеса так светлы и чисты.

По прибрежному краю речному
Мелкой поступью быстрых шагов
Устремляется девочка, вдоволь
Упоенная вихрем ветров.

С каждым шагом она все сильнее
Стремится упасть на песок,
В голове – перестрелка мыслей,
Что вот-вот ударят в висок.

В ее сердце бушует пламя,
В ее мыслях царит хаос,
Она все еще ощущает
Запах мерзких ей папирос.

Над ее головою – небо,
Рядом с нею чиста река,
Ее мысли порой несмело
Отрываются ото дна.
«Отчего я так думаю, Боже?
Для чего мне все эти муки?
Почему человек не может
Отпустить то, что счастье губит?»

В ее мыслях как вечное бремя
Существует немой вопрос:
«Почему пролетает время,
Не оставляя следов?»

По прибрежному краю речному
Мелкой поступью быстрых шагов
Устремляется девочка-время,
Слишком сытая силой слов.

«Закрывай на засов все двери!
Я решила остаться тут!» –
Скажет сильная девочка. Мокрый
Песок обратится в грунт.

09.12.15. 

В. Лившиц "Грустная шутка"

Час придет, и я умру,
И меня не будет.
Будет солнце поутру,
А меня не будет.

Будет свет и будет тьма,
Будет лето и зима,
Будут кошки и дома,
А меня не будет.

Но явлений череда,
Знаю, бесконечна,
И когда-нибудь сюда
Я вернусь, конечно.

Тех же атомов набор
В сочетанье прежнем.
Будет тот же самый взор,
Как и прежде, нежным.

Так же буду жить в Москве,
Те же видеть лица.
Те же мысли в голове
Станут копошиться.

Те же самые грехи
Совершу привычно.
Те же самые стихи
Напишу вторично.

Ничего судьба моя
В прошлом не забудет.
Тем же самым буду я...
А меня не будет.

1973

Память

Почему потолок почти всегда красят белым? Сколько раз за ночь я совершаю обороты вокруг своей оси? Почему тиканье часов кажется таким громким? О чем еще человек может думать, пока пытается уснуть?

М. встала с кровати. Лунный свет отчаянно прорывался сквозь занавески; трудно было представить, что может быть иначе. Которая по счету бессонная ночь уже шла? Третья, шестая? На столе стояло множество чашек из-под выпитого кофе, по ним можно было считать дни. В календаре уже не было надобности.

На полу, на подоконнике, на столе – везде лежали фотографии, письма, клочки старых бумажек. Как еще можно восстановить в голове то, чего совсем не помнишь?

М. уже давно страдала расстройствами памяти, но не могла подумать, что болезнь достигнет таких масштабов, вплоть      до того, что часто забытым оказывается даже имя, из-за чего ее стали звать просто М. Это страшно, когда человек теряет даже собственное имя. Он теряет прошлое, он теряет и себя вместе   с этим, и что от него остается? Тело, которое существует в данной реальности, выполняет механические действия день          за днем, выпивает по пять кружек кофе в день, не может спать, не может бодрствовать и понять, кто оно, тоже не может.

М. в очередной раз склонилась над разбросанными по полу фотографиями. Кто эта маленькая девочка? А что это за парень рядом со мной? Кто все эти люди? Ее жизнь ограничилась этой комнатой, этими кружками, этими фотографиями.

Прошел еще год. М. не стало. По полу все также были разбросаны фотокарточки. В комнату вошел некто, кто помнил, что хозяйку квартиры звали Мари, что по образованию она была философ и успешно защитила диплом, что некогда в детстве у нее была кошка, а тот молодой человек на фото – он сам.       А еще он помнил, что Мари любила имбирные пряники и чай       с двумя ложками сахара, в то время как кофе терпеть не могла.

Он оглянулся вокруг, замерев от накатившей тоски и недоумения.

«Отчего человек начинает делать то, что раньше ненавидел?»

Проснись

Ты знаешь, где-то в глубине моей печали
Ещё теплится яркий огонёк,
Который раньше мы в упор не замечали,
Который мне напомнит об одном.

Он разгорается все выше, ярче и теплее,
Напоминая своим видом то,
Насколько незабвенны дни, а ночь милее,
Насколько чувственно нутро.

В свои глаза заглядывать боюсь,
В них истина: печаль и счастье
На полюсах, где север, юг
Сменяются, но вместе в одночасье.

В твоих глазах находит отражение свет,
В них мед, янтарь и тёмный шоколад.
И ничего важнее в этом мире нет,
Чем наблюдать смешинок в них раскат.

Закат, рассвет, а за окошком осень,
Похожая на странную сатиру.
Кругом лишь снег, душа усердно просит
Хоть капельку тепла сюда и миру.

А мир есть что? А мир есть эти вещи,
О чем слагаются стихи, поются песни.
Открой глаза, по-настоящему проснись
И руки протяни навстречу жизни.
12.11.15. 

А я, вот смотри, в пятьдесят восемь лет столько видел, что коли написать все это на бумаге, так в тысячу таких торб, как у тебя, не положишь. А ну-ка, скажи, в каких краях я не был? И не скажешь. Ты и не знаешь таких краев, где я бывал. Так нужно жить: иди, иди — и все тут. Долго не стой на одном месте — чего в нем? Вон как день и ночь бегают, гоняясь друг за другом, вокруг земли, так и ты бегай от дум про жизнь, чтоб не разлюбить ее. А задумаешься — разлюбишь жизнь, это всегда так бывает. И со мной это было. Эге! Было, сокол.
— В тюрьме я сидел, в Галичине. «Зачем живу на свете?» — помыслил я со скуки,— скучно в тюрьме, сокол, э, как скучно! — и взяла меня тоска за сердце, как посмотрел я из окна на поле, взяла и сжала его клещами. Кто скажет, зачем он живет? Никто не скажет, сокол! И спрашивать себя про это не надо. Живи, и все тут. И похаживай да посматривай кругом себя, вот и тоска не возьмет никогда. Я тогда чуть не удавился поясом, вот как!

М. Горький "Макар Чудра"

Отклик на стихотворение И. Бродского

Я всегда считала судьбу - игрой.
Победитель есть, но едва живой,
Смелый душой и без предрассудков,
Все равно обернется все грубой шуткой.
      Я сижу у окна. За окном тьма мира.
      Я люблю тебя, но не всесильна.

Я считала людей лишь частью света,
Что зачем вопрос, если нет ответа,
Как осознать всю истину жизни,
Если нет того, что достойно смысла.
      Я сижу у окна. Заварила чаю.
      Душой то вернусь, то вдруг отчалю.

Я пишу, что в разуме - ужас сердца,
Что в любви законы сии неуместны.
Те, что люди порой применяют,
Решая задачи, план составляя.
      Я сижу у окна. Вспоминаю былое.
      Что-то хорошее, что-то плохое.

Я скажу: порою души страдают,
Если нет того, что их сближает
Друг с другом тесно, а есть преграды,
Что мешают понять сердца отраду.
      Я сижу у окна, уткнувшись в книгу:
      Много истины там, но порой не милой.

Иногда чья-то речь лишена и ритма,
И внимания друга, однако не видя
В сотне лиц, происшествий главнейшей сути,
Упустить легко то, что не изучишь.
      Я сижу у окна; в ночи глубокой
      Спится лишь людям не одиноким.

Человек двадцать первого века, тоскливо
Признаю я несправедливостью мира
Главным образом то, что людям снаружи
Не понятно, что душу сам не изучишь.
      Я сижу одна. Одиночество хуже,
      Чем собакой быть в метели и стужу.

01.11.15.